Оглянулся Максим и оцепенел. На земле лежала Мирослава, бледная, с выражением отчаяния на прекрасном лице. Молодцы принесли воды, и Максим бросился приводить в чувство свою милую. Вот она вздохнула, открыла глаза и опять сомкнула их.
— Мирослава, Мирослава! Сердце мое! — звал Максим, целуя ее руки. — Очнись!
Мирослава, словно пробудясь от сна, изумленно всматривалась в лицо Максима.
— Где я? Что со мною? — спросила она чуть слышно.
— Здесь, здесь, среди нас! Возле твоего Максима!
— Максим? — вскрикнула она, приподнимаясь.
— Да, да! Смотри, я жив, я свободен! Долго-долго молчала Мирослава, не в силах притти в себя от изумления. Потом вдруг бросилась на шею Максиму, и горячие слезы брызнули из ее глаз.
— Максим, сердце мое!.. Больше не могла ничего сказать.
— А где мой отец? — спросила немного погодя Мирослава.
Максим отвернулся.