– Вот как, монсиньор?
– Да!.. Да!.. Хотя я сам уроженец Рима и родители мои римляне, но я плохо переношу римский воздух, Куда лучше в Брюсселе. Я пробыл там год. Что может быть приятнее этого города! У меня там есть родные… Скажите, Туркуэн очень большой город?
– В нем сорок тысяч жителей. Город промышленный.
– Знаю, знаю. Господин Дюклу говорил мне в Риме что находит у своих прихожан только один недостаток: они пьют пиво. Он говорил мне так: «Если бы они пили орлеанское винцо, они были бы безупречными христианами. А вот пиво нагоняет на них уныние, неподобающее христианину».
– Монсиньор Дюклу шутил весьма остроумно.
– Он не любил пива и очень удивился, узнав от меня, что пристрастье к этому напитку теперь весьма распространено в Италии. Есть немецкие пивные во Флоренции, в Риме, в Неаполе, во всех городах. Любите ли вы пиво, господин Гитрель?
– Не брезгаю, ваше высокопреосвященство.
Нунций дал священнику поцеловать свой перстень, и Гитрель почтительно откланялся.
Нунций позвонил:
– Попросите господина Лантеня.