– Разве правительство его не поддерживает? – спросил г-н Бержере.
– Его поддерживает префект, а супрефект его топит, – отвечал Мазюр. – Супрефектом Сейи руководит премьер-министр. А префект Вормс-Клавлен следует инструкциям министра внутренних дел.
– Видите эту лавку? – спросил доктор Форнероль.
– Лавку вдовы Леборнь, красильщицы? – отозвался Мазюр.
– Ее самой, – сказал доктор Форнероль… – Муж ее умер полтора месяца тому назад каким-то диковинным образом. Он умер в буквальном смысле от страха, остолбенев при одном виде собаки, которая показалась ему бешеной, а была не более бешеной, чем я.
Доктор Форнероль принялся рассказывать о смертях разных мужчин и женщин, к которым его призывали для врачебной помощи.
Господин Мазюр был вольнодумцем, но испытал при мысли о смерти большое желание обладать бессмертной душой.
– Я не верю ни единому слову из того, чему учат различные церкви, поделившие ныне между собой духовное владычество над народами, – сказал он. – Мне превосходно известно, как вырабатываются догмы, как они образуются и преобразуются. Но разве не может существовать внутри нас некое мыслящее начало, и разве оно должно непременно погибнуть вместе с сочетанием органических элементов, которое именуется жизнью?
– Мне бы хотелось, – сказал г-н Бержере, – спросить вас, что такое мыслящее начало, но боюсь поставить вас в затруднительное положение.
– Нисколько, – ответил г-н Мазюр. – Я имею в виду причину мысли или, если хотите, самое мысль. Почему бы мысли не быть бессмертной?