– Верно лишь то, – отвечал г-н Бержере, – что люди, воодушевленные общей верой, прежде всего бросаются истреблять тех, кто думает иначе, особенно если разница во взглядах не так уж велика.
– Нам предстоит выслушать три речи, – заметил г-н Мазюр.
Но г-н Мазюр ошибся. Было произнесено пять речей, причем никто ничего не слыхал. Когда проходил генерал Картье де Шальмо, его сопровождали возгласы: «Да здравствует армия!» Г-на Летерье и г-на Бержере преследовало улюлюканье националистической молодежи.
IX
В сырой майский вечер дамы де Бресе вязали в большой гостиной фуфайки для детей бедняков. Престарелая г-жа де Куртре, стоя спиной к камину и подобрав платье, грела себе ноги. Г-н де Бресе, генерал Картье де Шальмо и г-н Лерон беседовали в ожидании виста.
Господин де Бресе развернул вчерашнюю газету, валявшуюся на столе.
– Серьезные военные действия между Испанией и Америкой еще не начались, – сказал он. – Чем, по-вашему, кончится война, генерал? Любопытно бы знать мнение такого выдающегося военного деятеля, как вы.
– О, да, генерал, – поддержал его г-н Лерон, – было бы чрезвычайно важно познакомиться с тем, как вы расцениваете соотношение сил, которым предстоит столкнуться на Антильских островах и в китайских водах.
Генерал Картье де Шальмо провел рукой по лбу, открыл рот и после довольно долгой паузы произнес авторитетным тоном:
– Объявив войну Испании, американцы совершили неосторожность, которая может им дорого обойтись. Не располагая ни сухопутной армией, ни военно-морскими силами, им будет трудно выдержать борьбу с хорошо обученной армией и опытными моряками. У них есть кочегары и механики, но кочегары и механики – это еще не военный флот.