– Мне кажется, что если бы я вас не любила…
– Слышите эти тяжелые, ровные шаги на улице?
– Нет, друг мой.
И действительно, погруженная в сладостное небытие, она не прислушивалась к шумам внешнего мира.
– На этот раз никаких сомнений. Это он, мой филер, коротыш, птичья рожа. Всю жизнь буду помнить его шаги. Я отличу их среди тысячи.
И он опять направился к окну.
Эта необходимость быть начеку приводила его в нервное состояние. После поражения, постигшего монархистов 23 февраля, он утратил свою радужную самоуверенность. Он стал думать, что дело затягивается и усложняется. Большинство его соратников пришло в уныние. Он становился мрачен. Все его раздражало.
На свое несчастье Элизабет сказала ему:
– Не забудьте, мой друг, что вы, по моей просьбе, приглашены завтра на обед к моему брату, барону Вальштейну. Это даст нам случай увидеться.
Он вышел из себя: