Она повторила несколько раз:
— Ухожу! От хозяйки житья нет.
И прибавила более спокойно, опуская совок:
— И потом глаза мои не глядели бы, такое здесь творится.
Господин Бержере, не стараясь вникнуть в эти загадочные слова, заметил служанке, что он ее не удерживает и она может уходить.
— Уплатите мне, что причитается,— сказала она.
— Ступайте,— ответил г-н Бержере.— Разве вы не видите, что я занят и не могу рассчитать вас сейчас? Подождите меня где-нибудь в другом месте.
Но Эфеми прорычала, опять потрясая черным и тяжелым совком:
— Уплатите мне, что причитается! Жалованье отдайте, отдайте жалованье!