Префект. На вранье.
Гитрель. Пожалуй… А может быть, что она и одержима.
Префект. Помилуйте! Вы, умный священник, будущий республиканский епископ, и вдруг верите в одержимых! Да ведь это же средневековое суеверие. Я читал книгу Мишле{31} на эту тему.
Гитрель. Но одержимость, господин префект, явление, признанное не только богословами, но и учеными, в большинстве случаев неверующими. Да и Мишле, на которого вы только что ссылались, сам верил в Луденских одержимых.
Префект. Что за вздор! Все вы на один лад!.. Ну, а если Клодина Денизо одержимая, тогда что?
Гитрель. Тогда надо изгнать из нее беса.
Префект. Изгнать беса? А вам не кажется, господин аббат, что это было бы смешно?
Гитрель. Нисколько, господин префект, нисколько.
Префект. А как это делается?
Гитрель. Существуют правила, господин префект, определенный устав, обряды для такого рода действий, которые никогда не выходили из употребления. Из Жанны д’Арк и то изгоняли бесов,— если не ошибаюсь, в городе Вокулере. Этим делом надлежало бы заняться господину Лапрюну, настоятелю церкви святого Экзюпера,— ведь девица Денизо его прихожанка. Он весьма достойный пастырь. Правда, его личные отношения с семьей Денизо таковы, что могут оказать на него некоторое воздействие и в известной мере отразиться на его рассудительном и трезвом уме, не ослабленном годами и, повидимому, еще вполне справляющемся с бременем лет и тяготами долгого и ревностного служения. Я хочу сказать, что факты, кое-кем истолкованные как чудеса, имели место в приходе всеми уважаемого кюре Лапрюна; в своем усердии он мог впасть в заблуждение и счесть, что приход святого Экзюпера особенно взыскан господом, потому что божья воля проявилась именно в этом, а не в каком-либо другом приходе нашего города. Лелея такие надежды, он, возможно, ввел в обман и самого себя и свой причт. Заблуждения эти и соблазны вполне извинительны, если принять во внимание все обстоятельства. И в самом деле, какою благодатью озарило бы это новоявленное чудо приходскую церковь святого Экзюпера! Прихожане стали бы усерднее к церкви, щедрые вклады потекли бы под древние своды славного, но ныне обедневшего храма. И милость кардинала-архиепископа скрасила бы последние дни господина Лапрюна на склоне его пастырского и жизненного пути.