- Иди за ними, Кристель. Дай руку Леопольду, - сказал Эгберт. - Завтра ты будешь в Гицинге и не уйдешь больше из дому. Теперь ты знаешь, что такое битва, и никогда не забудешь этого.
- Иду, - ответила Кристель, но, сделав несколько шагов, быстро вернулась и спросила шепотом Эгберта: - У вас еще камень?.. Я отдала его вам в Гмундене.
- Да, он у меня. Что это тебе вздумалось? - спросил Эгберт, взяв ее за руку.
- Берегите его.
- Что с тобой? Как у тебя блестят глаза! Рука твоя дрожит. У тебя лихорадка. Уходи скорее отсюда, от всех этих ужасов.
Носильщики шли впереди. За ними следовал Леопольд с Кристель. Еще момент, и шествие скрылось из глаз Эгберта во мраке ночи.
Эгберт вернулся к войску на кладбище. Природа взяла свое. Несмотря на постигшее его горе, печальные образы и мысли, наполнявшие его душу, он погрузился в глубокий сон. Голова его покоится на разрытой могильной насыпи. Ярко горят звезды в темной синеве прозрачного неба.
Но вот одна за другой меркнут звезды перед утренней зарей. На аванпостах слышится треск нескольких выстрелов.
На деревенской башне только что пробило четыре часа.
Спящие быстро поднимаются на ноги. Торопливо едят солдаты. Щедрее, чем когда-либо, их угощают вином.