-- Я рада, что ты опять съ нами! сказала Рената.
-- Мой женихъ послѣдовалъ за мной въ Вѣну... Графъ Робертъ Арембергъ... Мнѣ нужно получить согласіе брата.
-- Развѣ ты уже дала слово?
Шумъ и крики на улицѣ настолько усилились, что Рената не могла разслышать отвѣта молодой дѣвушки.
Трудно было освѣтить въ такое короткое время всѣ окна обширнаго дворца; но первый этажъ блестѣлъ огнями, а на верхнихъ ступеняхъ высокаго крыльца стояли два рослыхъ гайдука съ факелами, отблескъ которыхъ распространялся по площади.
Князь Лобковичъ, желая убѣдиться, исполнены ли его приказанія, осторожно выглянулъ изъ окна, такъ какъ боялся рѣзкаго ноябрскаго вѣтра.
На лицѣ его появилась улыбка удовольствія; онъ увидѣлъ Гедвигу на крыльцѣ въ полномъ освѣщеніи факеловъ, которые придавали своеобразное выраженіе ея взволнованному лицу. Лобковичъ былъ увѣренъ, что императоръ не можетъ не замѣтить красивой бѣлокурой дѣвушки при тѣхъ условіяхъ, въ какихъ она находилась.
Іосифъ шелъ отъ театральной площади по улицѣ Augustiner. Народъ очистилъ широкую дорогу для него и его свиты. Четверо гайдуковъ по два съ каждой стороны освѣщали ему путь. Около него шелъ человѣкъ въ черномъ плащѣ съ непокрытой головой; лицо его было обращено къ императору, такъ что изъ оконъ княжескаго дворца трудно было узнать его. Сзади шелъ графъ Гаррахъ, одинъ изъ адъютантовъ императора.
Іосифъ привѣтливо улыбался, прикладывая руку къ своей шляпѣ, и время отъ времени кивалъ головой толпѣ, которая безъ устали кричала ему: Да здравствуетъ Іосифъ!..
Новый наплывъ толпы изъ боковыхъ улицъ остановилъ на нѣсколько минутъ шествіе.