Non fumum ex fulgore, fed ex fumo dare lucem. *
* Не дым из молнии, но свет летит из дыму.
Итак, можно уверить, что Геттингенский университет во всех отношениях достоин той славы, которую он имеет в Европе -- по числу отличных профессоров и полезных заведений, по его устройству во всех частях, удовольствиям и выгодам, находимым там студентами и согласным с главным предметом, для которого живут они в сем городе.
Строгость профессоров нужна для успеха студентов, подобно как строгость генералов нужна для успехов армии. Некоторые критики укоряют все немецкие университеты излишней вольностью: надобно вспомнить, что самое политическое состояние Германии не позволяет -- по причине множества государей, принцев и разных властителей -- ввести в университетах такие общие и строгие законы, какие могут быть в государстве, послушном воле одного человека. Впрочем те, которые по своему рождению могут пользоваться некоторыми преимуществами, бывают воспитываемы так, чтобы они не употребляли их во зло. С ними же посылают обыкновенно людей, которые наставлениями, примером и старанием удаляют от них все опасности, гибельные для студентов молодых, неопытных и лишенных присмотра.
В нынешнем состоянии Европы, когда удивительные успехи наук в течение одного века имели чудесное влияние на благоденствие государств, училища всего более заслуживают внимание монархов. Итак, не без причины Александр I, желая довершить счастливое творение своих великих предшественников, и ревностно занимаясь всеми частями правления, особенно печется об университетах, распространяет уже существующие, заводит новые, ободряет и награждает ученых мужей во всех землях. Такое великодушие достойно его, достойно наук и талантов. Да будет его царствование столь же славно, как царствование Августа, но несравненно продолжительнее! Да помогут ему ученые мужи, им уваженные и милостями его осыпанные, совершить великий подвиг: просветить Россию и сделать ее счастливой!
Alterius sic
Altera poscit opem res et conjurat amice {С другой стороны, друг мой, надобно заняться другими делами, которые призывают меня и требуют.}.
Блажен и я, когда, при всеобщей радости, видя сие чудо, могу сказать некогда:
Et quorum pars, fin magna, saltem quaecumque fui {И я способствовал тому, хотя не во многом, но по крайней мере в чем-нибудь.}!
Вильгельм Фрейганг,