-- Слабое это вознаграждение за пожары, причиненные в наших селах, -- возразил Вольфрам. -- Полагаю, что у Ратица завтра отпадет охота жечь франкские села.
Инграм молчал. Еще целый час ехали всадники под этот багровый отблеск. Вскоре зарево стало исчезать в утренней заре. На их пути бежал ручей. Они напоили коней и спустились по течению до того места, где виднелось множество следов. Оттуда они пустили коней за ольховую рощу, невдалеке от другого берега. Проводник остановился.
-- Знаю, о чем ты думаешь, Годес, -- сказал Вольфрам. -- Это следы людей, которых ведет монах. Не пойдем ли и мы их дорогой?
Инграм мрачно посмотрел на луг.
-- Через несколько часов мы их настигнем, если выдержат кони. Но если мы отправимся за франкскими женщинами, то привлечем Ратица на их следы и опасность на их дорогу.
-- Голодный медведь хватает первое подвернувшееся животное. Эти люди могут поплатиться за пожар.
Снова дрожь пробежала по телу Инграма.
-- Дорого же заплачено за одного человека.
Тут свое слово произнес и Годес:
-- Некоторые отправились в погоню за нами, но сорбы снарядят охоту и за женщинами.