-- Вот королевское оружие моего рода, прославляется оно в песнях, страшатся его люди и не одно тяжкое дело совершено им; предание гласит, будто сталь его выковал некогда бог. Странно, что не могу я сейчас оторвать от него глаз!
И вздохнув, он продолжал:
-- Я пил и охотился с Инго, сражался рядом с ним и желаю я, чтоб его конец был столь же славен, как конец его предков, слишком уж спешивших принимать грудью смертельные раны. Если я не в состоянии буду спасти его, то, по крайней мере, окажу ему царский почет.
Король встал и взял оружие. Вдруг он почувствовал легкое прикосновение к своему плечу и, вздрогнув, обнажил меч: за ним стояла Гизела, насмешливо глядя на него.
-- Уж не хочет ли король выйти в поле с кухонной посудой и сделать смотр рати своей?
-- В чем же сила короля, если не в казне? -- недовольно спросил Бизино. -- Могу ли я обуздать дух алчных и заручиться их присягой в верности, если не стану дарить им чужеземного металла? В моей стране не многие имеют его, а между тем всем хочется золота -- откуда же мне брать его, если не у чужеземцев?
-- Король хочет продать Инго римлянам? -- спросила Гизела, и пламенем сверкнули ее глаза.
-- Стал бы я размышлять, если б хотел этого! -- проворчал король. -- Но этот чужеземец, точно филин, сидит в моем лесу; все птицы накидываются и кричат на него, и недолго ждать, когда короли с Одера пришлют послов и потребуют его выдачи.
-- Не обманешь ты меня! -- гневно воскликнула королева. -- Может ли жить после такого позора король, об этом поразмысли, но я не хочу этого и с клятвопреступником, продавшим за римское золото своего товарища, не стану делить ни стола, ни ложа!
Король искоса взглянул на Гизелу.