Король нагнулся, чтобы поднять меч, но снова раздался воинский клич, и Инго вздрогнул.
-- Проклятье! -- вскричал он. -- В собственном лихе я забыл о товарищах по несчастью. Иду! Я слышу пение моих лебедей. Берегись, король, знаю я, что усмирит тебя!
С быстротой ветра кинулся он из двери, а король хрипло прошептал:
-- Неведомо сострадание ждущим внизу!
Но Инго спустился лишь на несколько ступенек -- к месту, где стоял его меч, и где, под покоями королевы, юный королевич почивал возле витязя Вальды. Инго поднял мальчика с постели, прижал его к себе и шепнул:
-- Помоги мне, Гермин, мне грозит погибель. Но я не причиню тебе зла, если только король не станет вредить моим товарищам.
Сонный мальчик лежал в объятиях Инго, обхватив его за шею.
-- Я помогу тебе, братец, -- бессознательно сказал он.
Пока не проснулся престарелый воин, Инго поспешил унести мальчика. Он открыл дверь покоев Гизелы, и король с мечом в руке бросился на него. Но увидев занесенный над сыном меч Инго, Бизино отступил назад.
-- Иди вперед, король, и указывай мне путь! -- повелительно сказал Инго. -- У меня на руках то, что усмирит тебя! Жизнь твоего ребенка будет порукой за жизнь моих ратников. Прощай, Гизела, и моли богов, да не погибнет этой ночью дом королевский!