-- Так брось своих ненужных богов. Их жестокая воля во второй раз отнимает тебя у меня. Слушай, я не приказываю: я тебя умоляю. Послушайся голоса своего сердца, а не своего жестокого рассудка... Я не все сказал тебе... Я ранен. Я умру, я умру вдали от тебя, если тебя не будет там, чтобы перевязывать мои раны...
Он высвободил руку из плаща и сорвал повязку. Глубокая рана проходила по всей руке от плеча до локтя.
-- У тебя кровь! -- воскликнула молодая девушка. -- Атенайя, Атенайя, мать моя! -- молила она едва слышным голосом, -- тяжелый выпал мне жребий, поддержи меня, я колеблюсь!
-- Едем, -- крикнул, просияв Конон. -- Гребите, я дам вам десять талантов золотом.
Но Эринна покачала головой:
-- Я не могу... я не могу. Пожалей меня!., я не могу, не могу!
Конон хотел сказать что-то... Но вдруг побледнел и, лишившись сознания, упал возле мачты.
Эринна наклонилась к нему, сняла с себя покрывало, разорвала его и перевязала сочившуюся рану.
Потом наклонилась еще ниже и поцеловала его влажный лоб.
-- За неблагодарные Афины! -- прошептала она.