-- Но как попала она под землю? -- спросил Паквай.
-- Тут должно быть несколько хорошо скрытых остановок на этой подземной линии сообщения, -- сказал Фиэльд, поднимаясь. -- Если бы мы подробнее осмотрели гавань в Тапичи, мы, может быть, открыли бы конечную станцию. Но надо скорее двигаться дальше.
Оба путника направились, насколько это было возможно, по течению подземной реки. Время от времени шепчущий звук замолкал совершенно, а потом поднимался опять до мощного гула.
Растительность постепенно пропадала, и через час ходьбы перед ними предстал кратер, подобно огромной, взъерошенной крепости.
Они остановились под последнею увядшею пальмою. Упорная, как и все ее подруги, она крепко держалась, ущемленная в трещине скалы, и вела здесь безотрадную, тягостную жизнь, далеко от всякой растительности. Но ее крона, хоть маленькая и полузасохшая, поднималась все же высоко, высоко, и там гордо раскачивалась над гигантскою каменного пустынею.
-- Эта пальма тоже бессмертна, -- пробормотал Фиэльд и приблизился к старому, тонкому стволу.
-- Осторожнее, господин! -- крикнул Паквай и схватил доктора за руку... -- Посмотри на эту фигуру там...
Но Фиэльд хладнокровно подвигался вперед.
-- Это только скелет, Паквай.
Но все же зрелище было не из приятных.