Я вспомнил странный разговор, который я случайно подслушал. Мне очень хотелось бы узнать мнение Торндайка, но передавать этот разговор я не считал себя вправе. Я ограничился поэтому только общими своими впечатлениями.
-- Он не похож на негодяя, -- сказал я, -- но, конечно, я не знаю его. Лично на меня он произвел скорее благоприятное впечатление, чего я не могу сказать про другого.
-- Кто этот другой? -- спросил Торндайк.
-- Ведь есть еще один человек, имеющий отношение к этому делу, не правда ли? Я забыл его имя. Я видел его там, и вид его мне совсем не понравился. Мне кажется, он хочет к чему-то принудить Беллингэма.
-- Барклей знает об этом больше, чем говорит, -- сказал Джервис -- Надо посмотреть в газетах, кто этот незнакомец. -- Он взял с полки большую кипу газетных вырезок и разложил их на столе.
-- Посмотрим, -- сказал он, водя пальцем по указателю. -- Торндайк собирает все факты, из которых что-нибудь может выйти. А с этим, я знаю, у него связаны особенно большие ожидания. У него какие-то кровожадные чувства: он надеется, что в один прекрасный день голова пропавшего найдется в чьей-нибудь мусорной яме... Вот, нашел! Имя другого -- Хёрст. Он, видимо, двоюродный брат; в его доме в последний раз видели живым исчезнувшего человека.
-- Значит, вы думаете, что Хёрст в чем-то здесь замешан? -- спросил Торндайк, просмотрев отчет.
-- У меня такое впечатление, -- возразил я, -- хотя, конечно, я ничего не знаю.
-- Так вот, -- сказал Торндайк, -- если вы услышите о том, что делается, и получите разрешение об этом говорить, мне будет очень интересно узнать, как подвигается это дело. И если по какому-нибудь вопросу понадобится мое неофициальное мнение, я не откажусь дать совет, и думаю, что ничего плохого от этого не будет.
-- Конечно, ваш совет будет чрезвычайно ценным, если другие заинтересованные лица обратятся к адвокату, -- сказал я, а потом, после небольшой паузы, спросил: -- Вы много думали над этим делом?