— А для чего их вам, эти самые «зои»? — ехидничает Сергей.
— Для того, что одни породы старше, другие моложе. В одних надо искать уголь, в других — нефть, в третьих, допустим, — боксит... Учиться тебе надо и в комсомол вступать.
— Я в ФЗО учился, — уныло бормочет Сергей.
— Учился да не доучился. Тебе бы давно пора у станка стоять, скоростником быть. Ну, показывай, где твой миллион «ласточкиных хвостов».
— Вон в том овражке, — указывает Сергей и берет лопату. — А я могу, допустим, на коллекторские курсы поступить? — спрашивает он.
— Конечно, можешь. Поработаешь коллектором и в техникум поступишь. Поговори с начальницей. Только ведь тебе наша профессия-то не нравится, кажется?
— Это я так тебе сказал, потому, что очень курить хочется. А когда человеку охота курить, он делается как чумовой. На коллекторские курсы я бы не думавши поступил.
Яша долго рассматривает у берега овражка выход красной глины, в которой, как осколки битого стекле, густо рассыпаны плоские кристаллики гипса. С этой породой он встречается впервые и знаком с ней лишь по описанию геолога Зайцевой, которая работала в этом районе лет десять назад.
— Типичный кайнозой, — говорит он, — все как по книжке! Вот бы сейчас нашей Марине Евграфовне показать!
— Она бы здесь и ночевать осталась, — замечает Сергей.