-- Нѣтъ, мамаша, я уже пила.
-- Да, можетъ-быть, давно; выпей дома; ты, можетъ-быть, озябла, вѣдь теперь вечеръ нетеплый.
-- Не безпокойтесь, мамаша, я ни сколько не озябла, и мнѣ совсѣмъ не хочется чаю.
-- Ну, такъ скушай хоть чего-нибудь, сказалъ отецъ.
-- Право, не хочу ничего, папаша, я сыта.
-- Вотъ отъ-того-то, Вѣрочка, ты и не полнѣешь совсѣмъ; кушаешь, право, какъ птичка: гуляла, гуляла цѣлый вечеръ; тутъ, гдѣ бы покушать съ апетитомъ, а ты, вишь, сыта; ужь что хочешь; а я пойду приготовлю чего-нибудь тебѣ; а Иванъ Ивановичъ не ужиналъ, такъ и онъ за компанію съ тобою перекуситъ.
-- Пожалуй; отъ хлѣба-соли я никогда не прочь, сказалъ Иванъ Ивановичъ
-- Я пойду, сказала Аграфена Ивановна и вышла изъ комнаты.
Вѣра разсказала, какъ играютъ, какъ выкликаютъ нумера. Какъ, наконецъ, выигрываютъ.
-- Ну, а кто выиграетъ, такъ тому и несутъ деньги, говорилъ улыбаясь Иванъ Ивановичъ:-- а тамъ вѣдь кушъ немалый, двадцать цѣлковыхъ, кажется, съ чѣмъ-то?