Бонапарте, отразив направленное на Верону, выиграл в главной позиции при Риволи решительную баталию, и хотя победа еще долго колебалась, он имел время обратиться к нижнему Адижу и окружить корпус Генерала Проверы в виду крепости Сент-Жоржа.

Гарнизон состоял из 14000, из которых 8000 было больных. В госпиталях не было лекарств, и около месяца рационы хлеба были уменьшены до четверти. Генерал Вурмсер просил капитуляцию, и сдал, 2го февраля 1797 года, крепость французскому Генералу Серрюрье.

До разрушения сей огромной крепости, какое поле открылось победам Бонапарте, и какой новой оборот приняли все дела Италии! Король Неаполитанский с поспешностью заключает мир. Папа жертвует пятнадцатью миллионами ливров. Провинция Романия присоединяется к Циспаданской Республике; вся Ломбардия, при переговорах в Леобене 18 апреля, признается Цизальпинскою. Венеция 12 Мая отрекается от аристократического республиканского правления. Генуя в том же месяце прозвана Лигурийскою. Наконец 17 Октября заключен был в Кампоформио окончательной мирный союз. Австрия, в вознаграждение своих уступок, получила во владение Венецианскую Республику с ее окрестностями по Адриатическое море; прочие же венецианские области на твердой земле присоединены к Цизальпинской Республике, с которою составилась также и прежняя Циспаданская. 12 июня взят был французами и остров Мальта.

Таковые превратности жребия испытала Италия в течении двух лет. Одна древняя Республика была уничтожена, другая преобразована, третья совсем вновь установлена. Герцога Моденского уже не существовало. В Милане и Мантуе веял флаг Цизальпинский, в Венеции Австрийский. Король Сардинский потерял шестую, а Папа третью часть своих владений. Только еще Король Неаполитанский, великий Герцог Тосканский, Герцог Пармский и малые Республики Лукка и Сан-Марино, оставались в первобытном состоянии.

Такие быстро являющиеся и исчезающие метеоры видели мы в Италии; и все сие было творение народа в революции! Но как описать его? кто изобразит хаос? Такой народ есть дышащий огнем и все, пожирающий вулкане; река, сокрушающая с яростью ледяные свои глыбы; храм, разрушающийся внезапно. -- Мнение народное течет рекою; остановить сего течения не можно, а только направить.

На столь знаменитом театре, какова Италия, не одни военные действия обращают внимание; но и воспоминания о великих подвигах древности сливаются с современными. Здесь встречается и прелесть древнего баснословия и интерес Историй.

Сверх политического фанатизма, который обуял головы народа и соделывал его непобедимым, никогда не мог бы он достигнуть до таких чудесных, каждого наблюдателя изумляющих успехов, без помощи оружия. Итак особенною обязанностью почитаю обратить здесь все внимание на французское войско со времени революции, и показать, как перерождалось и усовершенствовалось оно. Тогда увидим мы, с каким пародом, с каким войском сражался, какое войско поражал наш Вождь; мы увидим, как Гений в Турции, в Польше и на всяком поприще находит пособия в самом себе; и описание сие послужит паки к возвеличению его славы.

Поистине, армия французская есть одно из тех редких явлений времени, которые достойны возбудить и любопытство и размышление каждого. Казалось, что с уничтожением во Франции Королевства уничтожилась и дисциплина, душа военной службы, и все военное искусство. Одно появление Австрийских отрядов близь Монса и Турноа было достаточно к рассеянию колонн французских под начальством Бирона и Диллона. Но впоследствии какими великими успехами прославили себя французы в Германии, а паче в Италии, непрерывными, так сказать, поражениями Австрийцев, переходом через мост Лоди, походами 1796 году против Вурмсера, Алвинция, Проверы, победою при Арколе, сходом на равнины Немецкой земли, имея в боку Тирольские горы! Я уже говорил в особенном сочинении ( Смотри Письма о Прусских военных происшествиях в Вестнике Европы ) о причинах такового перерождения войска; но здесь потщусь подробнее доказать, что улучшения их по всем частям военного состава споспешествовали весьма сим успехам.

После первых неудач восчувствовали французские Генералы необходимость избегать генеральных сражений с армиями дисциплинированными, и превратили большую войну в сражения малыми отрядами. Одержав уже многие успехи, решились они наконец на генеральные сражения. Первый был Дюмурье, который, нс удовольствовавшись войною малыми отрядами, пошел из Шампани на Австрийские Нидерланды, дал регулярную баталию при Монсе, и овладел ретраншементами при Емаппе. К сим наступательным мерам присоединялся и дух тогдашнего правительства. Повсюду провозглашаемо было, что революция должна обтечь весь мир. Таковая исполинская мысль порождала и исполинские планы.

Нужно привести здесь правила, которыми в военных действиях руководствовалась Франция. В 1795 году Комитет благосостояния народного призвал из мрачного уединения Генерала, служившего в царствование Королевское и тогда удаленного, для истребования его совета о военной системе, какую должно было принять в тогдашних критических обстоятельствах. "Должно, сказал сей Генерал, умножить число сражающихся таким образом, чтобы быть всегда в готовности заменять уроны противопоставлением многочисленности силе искусства; к достижению сего средство самое простое, производить войну массою, то есть: на всех пунктах атаки ставить больше людей и артиллерии, предписать Генералам за долг священнейший, сражаться самим впереди солдат, чтобы служить в пример отважности и обязанности, и приучать их не смотреть на число неприятелей; а нападать с жаром, с примкнутыми штыками, не заниматься долго стрельбою или маневрами: потому что войска французские ныне недостаточно обучены, даже не приготовлены. Сей образ сражаться, толико свойственный характеру, проворству и пылкости народа французского, должен необходимо удостоверить победу; поелику расстроит иностранные войска своею новостью".