В ночном трамвае он упрекал себя.
Как матрос 1-ого класса, он получал жалование 16 иен в месяц. Большую часть своего жалования он высылал матери. Конечно, Он не мог бывать часто в Токио, но за последнее время не видел мать и по другим причинам. Ему казалось, что он сделала что-то плохое.
-Я увлекся Тиэко и забыл о матери. Любовь и Тиэко невольно подавила во мне чувства сына.
В эту ночь он совершенно не спал и беспокойно ворочался в узкой постели на миноносце, ожидая возвращения ротного командира. Но офицер, выслушав на следующее утро подробный рассказ матроса, ответил:
-Говоришь, мать больна? Врешь! Во-первых, в твоем формуляре никакой матери по имени Ямомура Тисэ не значится. Действительно, Если переделать Ямамура в Умемура и Тисэ в Тие, то получится мама лет так в девятнадцать. Ха, ха, ха. Вот так родня!
-Никак нет, господин офицер.
(Кто же это мог насказать офицеру?) Он усиленно объяснял ротному.
-По некоторым обстоятельствам моя мать была исключена из списков семьи Кавано.
-Ну, как бы там ни было, а я, как ротный командир, доложу командиру корабля.
Матрос не терял надежды и ждал распоряжения командира корабля. Но это был человек, на которого совершенно нельзя было надеяться.