— На колени!! — ревел Грошев. Девчушка кувырнулась на колени.
— Поклоны! Да крепче лбом по полу стучи, сука!
— Оставь, Павлуша, оставь, — подошла было Луша и взяла его за руку.
— Прочь, Лушка, прочь! А ну, сама молиться, с Сашкой!
— Павлуша, подумай…
— Молиться, сейчас же! — бросился он на нее с кулаками.
Оробевшая бледная Луша задергала торопливо рукой, зашептав:
— Господи Исусе, господи Исусе…
Арина Сергеевна спряталась за шкаф, не показывалась, пока не уснул Грошев, растянувшись прямо на полу.
— Лушенька, что ты с таким зверем жить остаешься? Уйди от него, уйди. Загубит вконец он тебя, окаянный, — шептала мать рыдающей Луше. — Уйди, что ты…