Первое — в Совете, второе — в новом нашем помещении в доме Скорынина. От минувшего четверга до воскресенья некоторые товарищи, по-видимому, одумались, размыслили и остереглись создавать раскол в группе. Когда вопрос дебатировался вновь, после, разумеется, предварительного собеседования, — результат получился иной: за мое предложение— известить Совет — (голосовало четырнадцать, против, кажется, пяти или шести.
Извещение приняли в такой редакции:
«Иваново-Вознесенская группа анархо-синдикалистов доводит до сведения Совета, что ею занят дом Скорынина для помещения там комитета группы и редакции.
Ответственные члены группы: Фурманов, Сидоров и Пузанов».
Подано заявление было на имя Совета, а рассмотрено было даже не Исполнительным комитетом, а президиумом.
На следующий же день, т. е. вчера, нам прислали бумагу, приблизительно такого содержания:
Исполнительный комитет предлагает дом не занимать, а ежели занят, — через два дня чтобы был очищен.
Смысл отношения был именно таков. По этому поводу было у нас вчера долгое совещание.
Порешили на следующем:
Решение президиума еще не решение Совета: может-быть, даже и Исполнительный комитет перерешит это постановление. Если же нет, — мы поднимаем вопрос на советском заседании. Пока что остаемся в захваченном доме. Пусть приходят и прогоняют, — сопротивляться, отстреливаться не будем. Но мы вопрос поставим на обсуждение всего Совета и думаем, что он решит по-иному.