От няни я слышала, что надо стать под окном и вслушиваться. Если песню услышишь веселую, — значит, хорошее будет впереди; а то бывает, — плач услышишь, либо пенье похоронное, — ну, тогда беда…
— «Господи, — мысленно молилась я, — только бы веселое что-нибудь услышать. Только бы все у нас было хорошо, и все были здоровы и живы!..»
Я подобралась к бане, к самому окошку, прислонилась плечом к стене и напрягла все свое внимание.
Было тихо-тихо, так что я отчетливо слышала, Как колотилось мое сердце, — тук-тук, тук-тук…
Все тихо. Я стала смелеть, и мне сделалос весело. «Вот все вздор какой, — соображала я, — еще немного подожду, вернусь домой, и можно будет похвастаться, что я гадала!.. А то и сочиню что-нибудь, скажу, что слышала что-нибудь ужасное!.. Вот-то Петя и Боря переполошатся!..»
Я уже собиралась уходить, совсем успокоенная, как вдруг…
XI
Я не знаю, как я осталась тогда жива. Мне казалось, что я задохнусь, что у меня сердце разорвется от ужаса, когда я явственно услышала вдруг жуткий голос:
— Ва… ва… во… ой-ой-ой… Господи!..