-- Прекрасно. Идемте Поль, посмотрим на этих дам, нас это, кстати, развлечет в ожидании хозяина.
И, не спрашивая ничего больше, он, как у себя дома, направился к одной из бархатных портьер зала, откинув ее, вошел в следующую комнату, пропустив впереди себя Поля.
Маскаро улыбался.
"Ну, теперь ты у меня не вырвешься, -- решил он про себя, -- можешь любить, что хочешь: ее или приданое, но я из тебя сделаю то, что мне надо!"
Остановившись на этом "родительском" решении, он обратился к своему названому сыну с новым вопросом:
-- Хотите знать ее имя?
-- О, да!
-- Флавия!...
...Поль не мог насмотреться на обольстительную смуглянку, она стояла к нему в профиль и, как он считал, забыв об игре зеркал, не замечала его.
Он так усердно был занят этим, что не слыхал, как отворилась дверь и Ван-Клопен вошел в комнату. В жабо и манжетах из дорогих брабантских кружев, с огромным солитером на пальце... Дамы бросились к своему кумиру.