Девушка продолжала рыдать.
-- Меня, маркиза де Шандоса, бить палкой, как лакея?
Разве я бы это так оставил, если бы мною не владела одна только мысль -- как бы поскорее увидеть вас!
-- Что же вы намерены предпринять? -- поинтересовался Доман.
Я ушел от отца навсегда. Ноги моей больше не будет в замке, пока он жив! Рассказывают, какие беды приносят детям проклятия родителей... Я думаю, что проклятие сына не менее действенно!
-- И больше ничего? -- с тревогой спросил адвокат.
-- Бог с ним! Он мне теперь не отец! Я хочу окончательно забыть о нем!
Диана зарыдала громче.
Норберт посмотрел на нее, помолчал и прибавил:
-- А если уж помнить, то только для того, чтобы ненавидеть и мстить...