-- Стойте! -- перебил его Норберт. -- Эта жалоба даст мне право жениться без его согласия?
Адвокат знал, что при столь жестоком обращении отца с сыном нетрудно получить от суда такое право. Но ему было выгодно, чтобы юноша этого не знал.
-- Нет, -- не моргнув глазом, солгал Доман.
-- В таком случае, к чему эта жалоба? Де Шандосы всегда судили друг друга сами. Почему же я должен нарушать этот обычай предков?
Норберт говорил твердым, не допускающим возражений тоном. Но адвоката это не смутило.
-- Осмелюсь все-таки дать вам совет, господин маркиз, -- вкрадчиво начал он.
-- Совет? -- переспросил юноша. -- Хватит с меня ваших советов! Я принял решение и не намерен его менять. От вас мне нужно только одно: достаньте деньги. Тысяч двадцать, не меньше. И немедленно! Сможете?
-- Почему бы и нет, господин маркиз? Найду. Но это обойдется вам дорого.
-- Мне все равно, лишь бы скорее.
Мадемуазель де Совенбург перестала плакать и хотела что-то сказать, но юноша жестом остановил ее.