Приходилось слушаться.
Графиня и герцогиня почти не расставались, и Норберт уже начинал ревновать: жена отнимала у него Диану.
С тех пор, как мадам де Мюсидан подружилась с герцогиней, он видел Диану все реже и реже.
Самое же неприятное заключалось в том, что ему никак не удавалось остаться с Дианой наедине.
Каждый раз она устраивала так, что между ними оказывалась Мари.
Де Шандос был в таком же положении, как Пьеро в итальянских фарсах, который, желая поцеловать Коломбину, обязательно попадает губами в щеку Арлекина.
Если Норберт начинал сердиться, то мадам де Мюсидан властно говорила ему:
-- На что вы надеетесь? Неужели вы считаете меня способной на такую мерзость?
Он понимал, что Диана играет с ним, как с ребенком или, скорее, как с куклой.
Но ему и в голову не пришло выяснить цель этих маневров.