-- Я любила его.
-- И вы осмеливаетесь говорить это мне?
-- Я полюбила Жоржа задолго до того, как, на свое горе, узнала о вашем существовании. Если бы не злая воля моего отца, который готов был продать родную дочь за право нарисовать на дверцах своей кареты герцогскую корону, то я бы никогда не вышла ни за кого, кроме Жоржа. Вы думаете, что убили его? Нет. В моем сердце жив он, а мертвы вы.
-- Берегитесь! -- вскричал Норберт. -- Не то...
-- Что? Вы и меня хотите убить? Начинайте! Я не буду защищаться, потому что я и так уже убита вами. Смерть -- это единственное благо, которое вы можете мне дать. Соедините нас с Жоржем на небе, раз уж нам не суждено было соединиться на земле. Убейте меня -- и я, умирая, благословлю вас!
Герцог был усмирен.
Он слушал ее, разинув рот от изумления: неужели эта смелая и страстная женщина -- его жена, которую он всегда сравнивал со льдом?... Он забыл обо всем, любуясь ею.
Красота преобразившейся Мари казалась неземной. Как сверкали ее черные глаза, как прекрасны были рассыпавшиеся по ее обнаженным плечам густые темные волосы...
Вот женщина, умеющая любить! Не то, что Диана, для которой любовь -- всего лишь игрушка.
Сколько времени он потратил на погоню за призраком счастья, а оно, быть может, ожидало его здесь, в собственном доме...