-- Скорее, друзья мои, скорее! -- торопил он. -- Я хочу сообщить вам презабавную новость. Представляете, один из моих закадычных друзей, маркиз де Круазеноа, вдруг занялся предпринимательством, словно какой-нибудь буржуа!
Услышав имя своего врага, Андре едва не выронил из рук бутылку с вином, которую намеревался откупорить.
-- Откуда вы это знаете? -- спросил он.
-- На всех столбах расклеены объявления о том, что он открывает Акционерное общество Тифильских рудников. Ей-Богу, я помру со смеха! Капитал -- четыре миллиона. Ай да маркиз!
Слуги закончили свою работу и ушли.
-- Де Круазеноа продает акции всего по пятьсот франков, -- продолжал Гастон. -- Это же даром, честное слово! Впервые слышу такую цену!... А почему вы не наливаете себе вино? К столу! К столу! Пусть Генрих копается в Тифильских рудниках, я предпочитаю копаться в этом великолепном салате. Ваше здоровье!
Когда молодой Ганделю осушил в честь прекрасной Зоры вторую бутылку, хмель вытеснил из его головы последние остатки здравого смысла. Он стал осыпать мадам Шантемиль упреками и бранью.
Роза обозлилась и быстро доказала Гастону, что ее арсенал ругательств гораздо богаче.
Взбешенный Ганделю заявил, что не желает больше ее видеть, и ушел, хлопнув дверью.
Молодая женщина сказала Андре, что немедленно отыщет Поля и попросит его вызвать Гастона на дуэль. Она была настолько возмущена, что даже не взглянула в зеркало перед уходом.