Как только я приехал в райком, меня вызвал к себе Василий Степанович. Внимательно слушая мое сообщение о ходе работ в совхозе, он несколько раз даже поправлял меня. Мне показалось, что он и без меня знает положение дел в совхозе, но решил проверить мое умение разбираться в обстановке.
— А вы загорели, — сказал он вдруг, искоса глядя на меня и улыбаясь. — Теперь вот вам другое задание — сегодня же нужно выступить с докладом о задачах пятилетки.
Я хотел было сказать ему, что устал с дороги, что мне нужно время, чтобы подумать, подготовиться…
— Хороший народ собрался, парторги шахт.
— Надо? — спросил я.
— Надо, — сказал Василий Степанович.
За те дни, что я пробыл на прополке, я как-то отошел от подготовленного доклада — и волновался, сумею ли хорошо выступить. Мои опасения оправдались: я чувствовал, что перенасытил доклад цифрами, что главное ускользало. Когда я позже спросил Егорова, какое впечатление произвело на него мое первое выступление, он не сразу ответил.
— Как бы вам сказать, — заговорил он медленно, точно не желая обидеть меня резким отзывом, — для начала, конечно, неплохо… Но — оперативности мало! Слишком общо, так сказать, «взагали»!..
2
Должен сказать, что эти его слова вызвали у меня досаду. «Какая же ему нужна оперативность?» — думал я.