Я спрашиваю — где его ранило.
— На Шпрее, — говорит Легостаев. — В уличном бою.
— На Шпрее, — машинально говорю я, все еще держа свою руку на его рубце. — В каком населенном пункте?
— Берлин, — говорит Легостаев.
И мы оба смеемся: вот так населенный пункт!
«Сержант Андрей Легостаев, — подумал я, — трудно поверить, что вы, прошедший полмира по дорогам войны, много испытавший в своей жизни, много видевший, что вы довольствуетесь тихой жизнью»…
На столе лежала наша районная газета. Там рассказывалось о том, что в Снежнянке Герасим Запорожец дал на врубовку свыше десяти тысяч тонн в месяц. Герасим Запорожец — восходящая звезда Донбасса. Я читаю заметку вслух и вдруг вижу, как сжались руки Легостаева; подняв голову, я увидел сдвинутые брови Андрея Легостаева.
— А какой у Запорожца пласт? — вдруг спросил он.
Хорошо, что кое-что из биографии кандидата в депутаты Верховного Совета УССР Герасима Запорожца я записал.
— Общая мощность пласта достигает 1,06 метра, полезная — 0,99 метра. Почва пласта — устойчивый песчаник…