-- Вот видите, граф, видите! Я имел основание предостерегать вас от Бержерака. Оказывается, что это действительно ужасный преступник!
-- Что хотите вы сказать? -- переспросил граф.
-- То, граф, что хотя Сирано де Бержерак вырвался у нас из-под замка, однако его так-таки поймали в Тулузе, и вот со дня на день можно ждать его сожжения! -- с торжеством закончил судья.
-- Чтоб самого вас черти сожгли! -- крикнул граф с досадой.
А так как он имел во всей округе большое влияние, то через два дня Сирано был освобожден. Мало того, друг снова наполнил кошелек поэта, дал ему хорошую лошадь и проводил на сен-сернинскую дорогу.
Марот, встретя его на пути, сразу по описанию Сюльписа узнала Сирано и передала ему записку Кастильяна.
Таким-то образом Марот и Сирано прибыли в Сен-Сернин как раз в то время, когда их заметил Ринальдо скачущими мимо постоялого двора...
Пробил час ночи, когда в дверях появился Сюльпис и кюре. Бедный Жак был совершенно пристыжен своим поражением: он, как ребенок, позволил этим негодяям провести себя.
Сирано в утешение сообщил, что мрачная комедия, разыгранная, с ним, оказалась действительностью. Несколько часов тому назад его призвали к ложу умирающего, который на самом деле был в то время здоров, теперь вышло как раз наоборот, и совершенно здоровый актер оказался умирающим.
В ожидании решения своей, участи Бен-Жоэль был помещен в темную каморку, лишенную даже окна, а все трое, то есть Жак, Сирано и Сюльпис, окружили кровать, на которой умирал Ринальдо. Лакей Роланда раскрыл свои помутившиеся глаза и испуганно взглянул на присутствующих. Очевидно, он еще не совсем пришел в себя. Быть может, ему казалось, что он грезит, и он принимал эти говорящие и движущиеся фигуры за плод своей больной фантазии. Сирано не спускал с него пытливого пристального взгляда и словно гипнотизировал это умирающее, уже ослабевшее существо.