-- Что думаешь ты, друг мудрости, о том союзе, который заключен здесь, перед лицом твоих Харит?
-- Для меня ясно только одно, -- отвечал сын Софроника, -- что Афины будут первым городом на свете, все остальное мне неизвестно и покрыто мраком. Но будем надеяться на все лучшее от могущественного отца Зевса и его властительной дочери Афины-Паллады.
Глава II
На Акрополе было много сов. Эти птицы были посвящены Афине-Палладе -- принадлежали ей, как птицы ночи, вызывающие на размышление, так как сама ночь мрачна, но от нее родится свет и ночью лучше, чем среди белого дня, зреют мысли в бодрствующей голове человека. Но нередко ночь замышляет нечто против света, поэтому и птицы ночи -- совы, сделались врагами света.
Они гнездились под крышею храма Эрехтея, и были любимыми птицами жреца Диопита, который стоял перед ступенями Парфенона и с жаром разговаривал с каким-то человеком.
-- Ты знаешь закон числа ступеней для входа в храм -- закон древний, установленный эллинами и соблюдаемый в течение столетий? -- спрашивал он. -- По старинному обычаю число ступеней должно быть нечетное, чтобы идущий, в знак хорошего предзнаменования, вступил на первую и на последнюю ступень правой ногой.
-- Да, это так, -- согласился собеседник Диопита.
-- Но, ты видишь, -- продолжал жрец, -- что люди, построившие Парфенон, не хотят ничего знать о добрых предзнаменованиях; число этих ступеней -- четное. В самом плане Парфенона заключается оскорбление, и презрение к богам. Посмотри, с тех пор как прошел праздник Панатенеев, с тех пор как розданы были награды победителям на состязаниях, с тех пор как народ достаточно нагляделся на статую Фидия, украшенную золотом и слоновой костью, праздничный храм, как они его называют, снова закрыт, изображение богини завешено, чтобы оно не запылилось к следующему празднеству и, вместо жрецов, каждый день мы видим казнохранителя, являющегося пересчитывать сокровища. И таким образом -- о стыд, о позор, -- вместо благочестивого пения, в ушах богини раздается звон монет.
После слов Диопита, его собеседник, одетый как чужестранец, начал расспрашивать о величине афинской казны, помещенной в казнохранилище под покровительство Афины-Паллады и Диопит рассказал ему все, что знал.
-- Да, недурно, -- заметил чужестранец. -- Вы, афиняне, собрали порядочные суммы, но, мне кажется, что вы скоро истощите этот запас даже в мирное время.