Из-за двери, ведущей на мостик, резко донеслись два голоса — один глубокий и быстро развивающийся, другой легкий и тронутый диссонансом, возражающий аргументами. Ньютон резко обернулся:
— Хватит пререкаться! Вы должны обеспечить работу анти-нагревателей, или мы все тут поджаримся.
Скользнула в сторону открывшаяся дверь, и вошли остальные члены уникального квартета. Один из них, на первый взгляд, выглядел совершенно по-человечески: гибкая эластичная фигура и точечно-сокращающиеся мышцы. И все же в его контрастном белом лице и ярких нелепых глазах скрывались тревожная странность.
Похожий на человека, но никак не сын Адама, андроид являлся прекрасным созданием науки и человеческой мудрости, которые вознесли его на вершину, и все же он не являлся человеком. Он не нуждался в воздухе, но Курт Ньютон знал, что Ото обременен одиночеством намного более остро, чем кто-либо еще.
Андроид спокойно сказал:
— Уже функционируют, Курт.
Он поглядел через экран на панораму космоса и задрожал.
— Я точно стану остряком, когда найду свой конец возле Солнца.
Ньютон кивнул, Ото был прав. Одна вещь, когда летаешь между планетами или звездами и совершенно другая — посметь приблизиться к Солнцу.
Орбита Меркурия являлась границей, пределом. Любое судно, которое выходило за его орбиту, бросало вызов ужасной власти большого солнечного шара. Только корабли, оснащенные анти-температурным оборудованием, смели входить в зону той ужасной силы, да и то находились в большой опасности.