Александер попробовал было немного проэкзаменовать безумного хвастунишку:
— Куда же он будет колоть? Как далеко от переда и как близко к заду? Как высоко и как низко? Где он наметит точку?
Август сдался. Он не помнит, это было так давно. Но смышлёным и любознательным, каким он был всю свою жизнь, таким остался и теперь, и поэтому он попросил Александера указать ему эту точку.
— Ха-ха-ха! — рассмеялся Александер. — Чтобы ты мог портить лошадей? Ты думаешь, что достаточно проколоть дырку; но видал ли ты когда-нибудь внутренности лошади, и знаешь ли, куда надо колоть, чтобы напасть на газы? И знаешь ли ты, как глубоко всаживать нож? Уж молчал бы лучше, лысый чёрт!
Но ловкий цыганский приём представлялся Августу чем-то особенно заманчивым, он сказал:
— Я мог бы заплатить тебе за это.
— Ты? Разве у тебя есть чем платить? — спросил Александер.
— Я жду деньги.
— Не мели вздора...
Зато Август получил признание с другой стороны, — от самого консула.