Она с этим не соглашалась.
— Разве ты этого не находишь, Корнелия?
Ей не хотелось продолжать этот разговор. Но она была всё время мила и добра и находила, что он правильно и хорошо поступил.
— Впрочем, я вовсе уж не так дряхл, — стал вдруг защищаться Август и выпрямился. На дорожной стройке я всюду поспеваю, и я хотел бы видеть того человека, который ударил бы меня по уху, и чтобы я не застрелил его.
Гендрик шёл тут же с кислым видом, но ему не удалось переманить к себе Корнелию. Казалось, он был недоволен тем, что Август крестился и вообще стал как бы равным.
— Корнелия, а не пора ли нам повернуть домой? — спросил он.
— Нет, — сказала она, — я как иду, так и буду идти вперёд по этой дороге. А ты ступай себе домой, Гендрик!
Она отсылала его и говорила это совершенно прямо. Она обратилась к Августу и спросила его о Беньямине.
— Беньямин? Как же, он продолжает работать.
— Где?