Эта Корнелия во многих отношениях удивительная девушка. Гендрик и его отец, запыхавшись, входят в избу, и Тобиас ради приличия принуждён предложить сесть своему соседу.
— Нет, я не буду сидеть. Да ты, верно, успел убрать всё сухое сено, Тобиас?
Август прервал его:
— Сколько ты овец продаёшь?
Такой прямой вопрос огорошивает крестьянина, и он затевает разговор:
— Говорят, вы скупаете овец, так и хотел бы знать...
— Сколько овец можешь ты продать?
— Двенадцать, вместе с мелочью, — сказал крестьянин и почтительно поклонился.
Август к Корнелии:
— Есть у тебя ещё бумага?