— Август, Август, до чего вы легко стреляете в людей! — смеясь сказал доктор.
— Нет, как вы можете так говорить, доктор? В Сегельфоссе я не застрелил ни одного человека.
Доктор постарался отвлечь его от этой темы и сказал:
— Да, кстати, Август, вы ведь знали дочь Тобиаса из Южной деревни, ту самую, которую недавно лошадь убила на смерть?
Август неохотно ответил, что он знал их всех. Они продали ему овец.
— Быть убитой наповал одним ударом копыта!
— Да, дело дрянь, — сказал Август. И он чуть было не спросил, пускал ли доктор ей кровь, но воздержался, чтобы не продолжать разговор о не касающемся его предмете.
Доктор покачал головой:
— Сколько несчастий обрушилось на эту семью!
Август встал и попрощался. Он ушёл, очень недовольный самим собой, словно не выполнил своего намерения. Он собирался пройти сквозь огонь и воду, но его не допустили. И какое ему дело до несчастий семейства Тобиаса, — у каждого человека своё! Мы живём долго, и несчастные люди живут совершенно столько же. Был человек по имени Риккис, — кто мог бы забыть его? — но у него была только одна рука. Это ничего не значит: он был достаточно хорош и с одной рукой. Разве он говорил о своём несчастье? Никогда.