Бенони простился, и Маккъ проводилъ его до дверей. Въ сѣняхъ они столкнулись съ женой пекаря, которая уже шла наверхъ.
IX.
На другое утро Бенони еще лежалъ въ постели, какъ въ дверь постучали. Онъ подумалъ, что это его старая работница, которая по собственной догадкѣ стала оказывать ему такое почтеніе, стучать въ дверь прежде, чѣмъ войти, и крикнулъ: -- Пожалуйста! Войди!
Вошелъ совсѣмъ чужой человѣкъ.
-- Съ добрымъ утромъ... то бишь -- съ праздникомъ, хотѣлъ я сказать!
Извинившись, какъ умѣлъ, человѣкъ снялъ мѣховую шапку. Онъ былъ не здѣшній; съ свѣтлой бородкой, худощавый, съ длинными волосами и совсѣмъ еще молодой.
Бенони лежалъ и глядѣлъ на него, затѣмъ сказалъ: -- Присаживайся.
-- Спасибо. Холодновато стало на дворѣ,-- сказалъ человѣкъ. -- Меня пробирать начало, я и подумалъ: дай-ка осмѣлюсь зайти къ Гартвигсену.
Онъ говорилъ бойко и складно, безъ лишняго уничиженія.
Бенони спросилъ:-- Ты меня знаешь?