Іецъ стоитъ у дверей, шатаясь во всѣ стороны, какъ бы не понимая, какимъ образомъ онъ сюда попалъ.
-- Кто тамъ? -- спрашиваетъ сторожъ.-- Я буду стрѣлять, собака, если ты не отвѣтишь.
-- Это я, -- говоритъ Іецъ разслабленнымъ отъ пьянства голосомъ и падаетъ на порогъ.
Человѣкъ, сидящій въ лавкѣ, принужденъ теперь тащить его на тротуаръ. И Іецъ сумѣлъ притвориться пьянымъ настолько естественно, что сторожъ былъ въ полной увѣренности, что это было нечаянное вторженіе. Онъ заперъ дверь и ругался.
-- Какъ досадно, что въ лавкѣ сидѣлъ сторожъ, -- сказалъ Іецъ, снова подойдя ко мнѣ на улицѣ.-- А то можно было бы сдѣлать небольшой уловъ.
-- Теперь я вижу, что ты на все способенъ, -- сказалъ я.
И опять мы стояли около банка. Іецъ сказалъ:
-- Ты долженъ набрать горсть песку и въ случаѣ, если кто-нибудь пройдетъ по улицѣ, бросить ее въ окошко.
-- Хорошо, -- сказалъ я и слышалъ, какъ сердце колотилось въ груди.
-- Теперь я иду, -- сказалъ Іецъ.