-- Ну, а что же дальше?-- спросилъ Гунтлей.-- Мы его пристрѣлимъ.
-- Но онъ можетъ насъ раньше застрѣлить, -- возразилъ Іецъ.
Тогда мы опять побрели на сѣверъ. Съ правой стороны неба стало проясняться, сонъ подкрѣпилъ насъ, такъ что мы стали бодрѣе; даже Іецъ, не спавшій совсѣмъ, казался крѣпче, онъ шелъ прямо и спотыкался рѣже, идя по неровному лугу.
-- Теперь они проснулись, -- сказалъ Іецъ. Онъ узналъ это по небу. Нѣсколько минутъ спустя онъ сказалъ:-- Теперь они завтракаютъ. А теперь спрашиваютъ о насъ.
Мы пошли невольно всѣ трое быстрѣе.
-- Теперь смотритель вышелъ и ищетъ насъ, -- проговорилъ Іецъ.
Я слышалъ, какъ билось мое сердце.
-- Придержи языкъ, -- воскликнулъ Гунтлей.-- Не можешь ли ты поменьше тараторить и, лучше всего, совсѣмъ замолчать?
-- Ему придется мчаться во-всю, если онъ захочетъ теперь насъ догнать, -- сказалъ я, желаю поддержать свое мужество.
-- Да, ты правъ, -- сказалъ Гунтлей.-- Ему ни за что насъ не догнать.