"Да, да. Господь съ вами!" сказала она, уходя.
"Должно быть, именно онъ со мной," отвѣчалъ онъ.
Она изумилась: "Вы такъ въ этомъ увѣрены? Почему это?"
"У него есть на то основаніе. Разумѣется, онъ Богъ надъ всѣмъ твореніемъ; но ничего божественнаго нѣтъ въ томъ, чтобы разыгрывать изъ себя Бога надъ звѣрьми и камнями. Мы, люди, одни дѣлаемъ его тѣмъ, что онъ есть. Отчего бы ему и не быть съ нами."
И, пуская въ свѣтъ эту великолѣпную рѣчь, Роландсенъ имѣлъ очень довольный видъ. Пасторша размышляла о немъ, идя домой. Ого! голова, которую онъ носитъ на плечахъ, не случайно же сдѣлала такое открытіе.
Однако, вотъ явился и коньякъ. Роландсенъ самъ притащилъ боченокъ съ маленькой пристаньки подъ навѣсомъ; онъ не пошелъ со своей ношей въ обходъ, а шелъ прямо среди бѣла дня, неся боченокъ подъ своей сильной рукой. Такъ былъ онъ близокъ его сердцу. И, однако же, пришло время, когда Роландсенъ пострадалъ за всю неосторожность. Наступили ночи, когда онъ всюду сталъ разыгрывать роль большого барина и вмѣстѣ съ тѣмъ разгонять чужихъ рыбаковъ, которые, какъ водится, подстерегали дѣвушекъ.
Въ одно изъ воскресеній въ церкви появился отрядъ рыбаковъ, въ которомъ всѣ люди были пьяны. Послѣ службы они стали таскаться по дорогѣ и не уѣхали назадъ на своихъ лодкахъ; у нихъ съ собой была водка, они все больше напивались и оскорбляли прохожихъ. Вверху на дорогѣ пасторъ бесѣдовалъ съ ними, но ничего изъ этого не вышло; позднѣе явился и фохтъ въ фуражкѣ съ золотымъ кантомъ. Тогда нѣкоторые изъ нихъ ушли къ берегу, но трое, и между ними большой Ульрихъ, не пожелали уступить.-- Надо замѣтить, что они на берегу, -- кричали они, -- а потому дѣвушки имъ принадлежатъ.-- Въ серединѣ стоялъ Ульрихъ, а Ульриха знаютъ и въ Коротенѣ и въ Финмаркенѣ. Попробуй-ка кто-нибудь подступиться!
Многіе жители прихода собрались на шумъ: одни, похрабрѣе, стояли поодаль отъ дороги, другіе лежали между деревьями въ лѣсу, всѣ съ жаднымъ любопытствомъ глядѣли на большого Ульриха, когда тотъ выкидывалъ свои штуки.
"Я прошу васъ вернуться въ лодки", сказалъ фохтъ, "не то мнѣ придется иначе заговорить съ вами."
"Позаботьтесь о томъ, чтобы вернуться домой въ фуражкѣ", отвѣчалъ Ульрихъ.