"Ну, разумѣется, Моккъ самъ далъ вамъ порученіе. Я знаю, что ему надо".
Тогда молодой парень тоже вмѣшался въ разговоръ и заявилъ, что Борре требуетъ свою лодку и удочку.
Роландсенъ воскликнулъ съ горечью: "Вотъ какъ? Да что онъ, съ ума что ли сошелъ? А я то что же стану дѣлать? Я живу на пустомъ островѣ, мнѣ нужна же будетъ лодка, когда я рѣшусь вернуться къ людямъ, а удочкой я долженъ ловитъ рыбу, чтобы не умереть съ голоду. Передайте ему мой поклонъ".
"А кромѣ того новый телеграфистъ велѣлъ вамъ передать, что на ваше имя пришли и ждутъ важные телеграммы."
Роландсенъ такъ и подскочилъ. Какъ! Уже?!-- Онъ сталъ разспрашивать обо всемъ, получилъ отвѣты и ужъ больше не отказывался ѣхать съ ними. Парень гребъ въ лодкѣ Борре, а Роландсенъ поѣхалъ со старикомъ.
На носу стояла корзина для провизіи; въ Роландсенѣ проснулась надежда, нѣтъ ли тамъ чего нибудь съѣстного. Онъ хотѣлъ спросить:-- Есть у тебя ѣда съ собою?-- Но изъ сильнаго самолюбія удержался и болтовней старался заглушить въ себѣ голодъ.
"Какъ Моккь узналъ, что я здѣсь?"
"Объ этомъ заговорили въ округѣ. Одинъ мужчина съ женой видѣли васъ здѣсь разъ ночью; вы ихъ страшно напугали".
"Да чего имъ было здѣсь нужно!.. Ты подумай: я нашелъ у острова новое мѣсто для рыбной ловли, и вотъ мнѣ приходится уѣзжать отсюда."
"А сколько же вы хотѣли прожить тамъ?".