-- Хаполати, да,-- кивнулъ головой человѣкъ. Онъ не пропустилъ ни одного слога этого труднаго имени.
Я посмотрѣлъ на него удивленно; онъ сидѣлъ очень серьезный, съ задумчивымъ лицомъ. Едва я произнесъ это глупое имя, пришедшее мнѣ въ голову случайно, какъ человѣкъ этотъ вполнѣ освоился съ нимъ и сдѣлалъ видъ, будто онъ слышалъ уже его раньше. Между тѣмъ, онъ положилъ свой свертокъ рядомъ со мной на скамью, и я чувствовалъ, какъ мои нервы дрожали отъ любопытства. Теперь я замѣтилъ, что на газетѣ было нѣсколько жирныхъ пятенъ.
-- Вашъ хозяинъ не морякъ?-- спросилъ человѣкъ безъ малѣйшаго слѣда ироніи въ голосѣ.-- Кажется, мнѣ что-то припоминается, будто онъ былъ морякъ.
-- Морякъ? Простите, но должно быть вы знаете брата, а этотъ -- I. А. Хаполати, агентъ.
Я думалъ, что дѣло этимъ кончится; но человѣкъ охотно соглашался со всѣмъ; если бы я выдумалъ такое имя, какъ Барабасъ Розенкноспе, то и тогда это не возбудило бы въ немъ подозрѣнія.
-- Онъ, кажется, молодцоватый господинъ, какъ мнѣ приходилось слышатъ,-- сказалъ онъ, стараясь продолжить разговоръ.
-- О, это хитрецъ большой руки,-- отвѣчалъ я,-- настоящій дѣловой человѣкъ, агентъ на всѣ руки: брусника изъ Китая, перья и пухъ изъ Россіи, мѣха, дерево, чернила...
-- Хе-хе, чортъ возьми! -- перебилъ меня старикъ, развеселившись.
Меня самого это начинало занимать, и одна ложь за другой появлялась въ моемъ мозгу.
Я опять сѣлъ, забылъ о газетѣ, о важныхъ документахъ, увлекся и началъ перебивать его.