Нѣсколько мѣсяцевъ позже, когда наступила уже зима и я уѣхалъ опять изъ дому, я поселился у одного купца В., въ конторѣ котораго служилъ. Здѣсь встрѣтилъ я моего человѣка въ послѣдній разъ.
Я вхожу разъ вечеромъ въ свою комнату, зажигаю лампу и начинаю раздѣваться; какъ всегда, выставляю свои сапоги прислугѣ, отворяю дверь.
Вотъ онъ, стоитъ въ коридорѣ; прямо передо мной, рыжебородый человѣкъ. Я знаю, въ сосѣдней комнатѣ люди, поэтому я и не трушу. Я бормочу: "Опять ты тутъ!" Человѣкъ раскрываетъ свой огромный ротъ и хохочетъ. Но меня это больше не пугало, я былъ на этотъ разъ внимательнѣй -- зубъ былъ на своемъ мѣстѣ.
Можетъ-быть, его кто-нибудь закопалъ въ землю, или онъ за эти годы искрошился, превратился въ пилъ и смѣшался съ землей, откуда былъ взятъ. Одинъ Богъ знаетъ это.
Человѣкъ опять закрылъ ротъ, повернулся и пошелъ съ лѣстницы, гдѣ исчезъ безслѣдно.
Съ тѣхъ поръ я его никогда не видалъ, и теперь прошло уже много лѣтъ.
Этотъ человѣкъ, этотъ рыжебородый посланецъ изъ страны смерти, внесъ много мрака въ мое дѣтство, причинилъ мнѣ много вреда. Я не разъ галлюцинировалъ, не разъ сталкивался съ неизъяснимымъ, но ничто меня такъ не поражало, какъ это.
И все-таки онъ мнѣ не причинилъ особеннаго вреда,-- эта мысль часто приходитъ мнѣ въ голову. Онъ первый научилъ меня скрежетать зубами и владѣть собой. Въ жизни мнѣ много разъ пришлось примѣнять его уроки.
4. ВЪ ПРЕРІИ
Цѣлое лѣто 1887 г. работалъ я въ одномъ изъ хуторовъ Дальрумиля, на огромной фермѣ въ долинѣ Красной рѣки въ Америкѣ. Кромѣ меня, было тамъ двое другихъ норвежцевъ, одинъ шведъ, Десять-двѣнадцать ирландцевъ и одинъ американецъ. Насъ было около двадцати человѣкъ въ нашей партіи,-- ничтожная горсть въ сравненіи съ сотнями рабочихъ всей фермы.