— Так, как вам угодно. Как же ещё могу я хотеть?
Он обратился к кистеру и набросился на него с такими сумбурно запутанными разговорами, что старичок не в состоянии был долго переносить этой беседы и скрылся в кухню.
Роландсен, оставшись вдвоём с Ольгой, заговорил высокопарным и возвышенным слогом. Он сказал Ольге:
— Когда вечером, зимой, вы приходите из темноты в комнату, то свет собирается со всех сторон на ваше лицо.
Ольга не поняла смысла его слов, но сказала:
— Да.
— Да, — продолжал Роландсен. — То же происходит и со мной, когда я прихожу к вам.
— Не довольно ли мне подстригать? — спросила Ольга.
— Нет, нет, подрезайте ещё. Пусть будет так, как вам хочется. А вы ещё думали, что могли просто уйти и спрятаться. Но разве это бы помогло? Разве молчание может потушить искру?
Он был положительно совсем сумасшедшим.