Оле продолжал говорить, сияя, радуясь успеху другого, восхищаясь то одним стихотворением, то другим, и опять благодарил за подарок.
-- Мы с Агатой прочли её вдвоём, и у нас обоих билось сердце, -- сказал он. -- Мне даже кажется, что Агата всплакнула немножко... да, да, ты плакала, не отпирайся. Этого нечего стыдиться... Что я хотел сказать? Да! Проводи нас до телеграфа, Иргенс, мне нужно послать телеграмму, а потом пойдём в ресторан, хоть к "Саре", если хочешь. У меня, кстати, есть маленький сюрприз для вас.
Агата ничего не говорила.
-- Вы можете погулять немножко, пока я буду отправлять телеграмму, -- сказал Оле. -- Только не сердитесь, если я несколько задержусь. Дело в том, что мне нужно захватить одно судно в Арендале [ Арендаль -- город и порт в Южной Норвегии, на берегу залива Бохус Северного моря. ]...
Оле взбежал по лестнице и исчез, Иргенс посмотрел ему вслед.
-- Послушайте, я тоже должна поблагодарить вас за книгу, -- сказала сейчас же Агата и протянула ему руку. Она говорила совсем тихо. -- Вы не поверите, как она меня обрадовала.
-- Неужели! В самом деле? Как я счастлив слышать это! -- ответил он, преисполняясь благодарностью.
Такая тонкая деликатность, -- она подождала ухода Оле, чтобы поблагодарить его, теперь это вышло гораздо искреннее, интимнее и непосредственнее, слова её получали для него гораздо большее значение. Она сказала, что на неё произвело самое сильное впечатление чудесное стихотворение "К жизни", она никогда не читала ничего прекраснее, нет, никогда, насколько она помнит... Но, как бы испугавшись, что благодарность свою она высказала чересчур горячо, и это может быть неверно истолковано, она прибавила более равнодушным тоном, что Оле был очарован столько же, сколько и она, большую часть стихов он прочёл ей вслух.
Иргенс сделал маленькую гримасу. Так она любит, чтобы ей читали вслух? Вот как, в самом деле?
Агата умышленно вставила в разговор имя Оле. Сегодня он опять спросил её насчёт свадьбы, и она опять всё предоставила ему. В главном они были согласны. Вопрос только во времени, и чем скорее они станут мужем и женой, тем, может быть, лучше, нет причин откладывать. Значит, осенью, по возвращении Оле из Англии, всё будет решено. Оле был сама доброта, он относился к ней с бесконечным терпением и не уставал смешно радоваться при виде её.