-- Мы описали круг, -- сказал он. -- Вот так и я кружу около вас.
-- Послушайте, -- сказала она со слезами на глазах, -- это, наверно, последний раз, что я с вами, будьте благоразумны. Пожалуйста, Иргенс. Я ведь скоро уеду.
Но как раз в ту минуту, когда он хотел дать ей ответ, в котором выразилась бы вся его любовь, мимо их скамейки прошла дама. Она несла в одной руке ветку и при каждом шаге ударяла этой веткой по платью. Она шла очень медленно. Иргенс был знаком с ней, он поклонился, встал со скамьи, снял шляпу и поклонился очень низко.
Дама, покраснев, прошла мимо.
Агата спросила:
-- Кто это?
-- Это дочь моей хозяйки, -- ответил он. -- Вы сказали, что я должен быть благоразумен. Хорошо, дорогая...
Но Агата хотела разузнать подробнее относительно дамы: значит, они живут в одном доме? Что она делает? Что за человек его хозяйка?
Иргенс отвечал на все её вопросы. Как ребёнок, любопытство которого возбуждает всякое явление, Агата заставила его рассказывать об этих совершенно посторонних ей людях из номера пятого по Трановской улице. Она удивлялась тому, что дама покраснела, и тому, что Иргенс поклонился ей так изысканно вежливо. Она не знала, что Иргенс всегда платил за квартиру таким дешёвым и удобным способом, вежливо раскланиваясь со своими хозяевами на улице.
-- Она довольно миленькая, только у неё веснушки, -- сказала она. -- Она была прямо прехорошенькая, когда покраснела. Разве вы не находите?