Пока они обходили первый этаж, время уже прошло, и им пришлось уходить. На обратном пути она опять разговаривала с Иргенсом и, видимо, была так же довольна, как и раньше. У подъезда она протянула ему руку и поблагодарила, даже два раза. Он просил её извинить его за то, что он помешал ей как следует осмотреть музей скульптуры, и она мягко улыбнулась ему и ответила, что ей зато было очень весело.
-- До свиданья в Тиволи! -- сказал Иргенс на прощанье.
-- Разве вы тоже будете там? -- спросила она с удивлением.
-- Да, меня звали, там будет кое-кто из товарищей.
Агата не знала, что фру Ганка прислала ему письмо с убедительной просьбой приехать, и потому ответила только: "Вот как!" -- кивнула головой и вошла в подъезд.
Оле уже поджидал её, она бросилась ему на шею и воскликнула с радостным оживлением:
-- Какая прелесть группа Лаокоона, да и всё остальное тоже! Мало было времени, чтобы осмотреть всё как следует, в подробности, но ты ведь пойдёшь как-нибудь со мной ещё раз, правда? Ну, обещай мне! Я хочу пойти с тобой!
Когда вечером Агата и Оле шли к Тидеманам, чтобы вместе отправиться в Тиволи, Агата вдруг сказала:
-- А жаль всё-таки, что ты не поэт, Оле.
Он посмотрел на неё с изумлением.