Иногда эти люди для того, чтобы имѣть возможность среди всего этого женскаго шума и женской суеты спокойно поѣсть, вынуждены прибѣгать къ извѣстнымъ охранительнымъ мѣрамъ. Такъ, напр., во многихъ ресторанахъ, особенно въ такъ называемыхъ "Bouillons", женская прислуга должна, нанимаясь, принести съ собой свидѣтельство о томъ, что ей уже за 30 лѣтъ, такъ какъ полагаютъ -- весьма, впрочемъ, ошибочно,-- что въ этомъ возрастѣ онѣ оставятъ въ покоѣ посѣтителей, и тѣ, въ свою очередь, будутъ совершенно спокойно къ нимъ относиться.
VII.
Ужинъ у кокотки, mademoiselle F.
Мать этой дѣвицы -- нормандка родомъ -- издалека пріѣхала въ Парижъ съ цѣлью навѣстить дочь. Та, въ свою очередь, желаетъ оказать вниманіе матери и, вмѣстѣ съ тѣмъ похвастаться передъ ней своими знатными знакомыми. И вотъ онѣ устраиваютъ ужинъ и приглашаютъ друзей.
Собирается человѣкъ 8--10 гостей, между ними и monsieur R., любовникъ mademoiselle F. Онъ слыветъ за очень богатаго человѣка.
Mademoiselle F. шепчетъ во время ужина своему сосѣду справа:
-- Пожалуйста, займитесь немного моей матерью.
Но сорокалѣтняя крестьянка ничуть не смущена этимъ блестящимъ собраніемъ и нисколько не нуждается въ томъ, чтобы ее занимали.
Она постоянно шепчетъ и пересмѣивается со своимъ сосѣдомъ, любовникомъ ея дочери. Вскорѣ вкусныя кушанья и хорошія вина производятъ свое дѣйствіе. Она все больше и больше оживляется и громко высказываетъ свое восхищеніе парижской жизнью. У нея широкій ротъ и сильно вздернутый носъ -- настоящее типичное лицо авантюристки. Она становится все веселѣе, все предпріимчивѣе. Она заигрываетъ съ monsieur R., хлопаетъ его по плечу, опирается на него и громко кричитъ дочери, сидящей на другомъ концѣ стола:
-- Не воображай, пожалуйста, что я уже совсѣмъ старуха!